Выборы-2026 на Дону: как регион голосовал в новую эпоху

Если бы кто-то пять лет назад сказал, что ростовчане будут стоять в очередях на избирательные участки, ему бы не поверили. Но в сентябре 2026-го всё случилось именно так. Явка на Дону по сравнению с прошлыми выборами совершила мощный рывок и перевалила за 67 процентов – один из самых высоких показателей в стране.

Главная цифра: явка, которая удивила всех

Уже в первый день голосования, к полудню пятницы, она достигла 25 процентов, а политолог Дмитрий Абросимов назвал это «чёткой работой административного ресурса и организованным приходом бюджетного сектора». К вечеру первого дня — 35 процентов, к середине второго — 45 процентов, к полудню третьего — 55 процентов. А люди шли и шли.

Для сравнения: в 2021 году явка по области едва дотянула до 50%. На нынешних выборах – 67,03 процента. Разница — 17 процентных пунктов. Такой рост можно объяснить в первую очередь консолидацией избирателей на фоне СВО и, конечно, ДЭГ, которым воспользовались более 272 тысяч дончан.

«Единая Россия»: исторический максимум

Партия власти на Дону выступила мощнее, чем когда-либо. Все шесть одномандатных округов остались за представителями «Единой России»:

– Дмитрий Сизякин — Ростовский округ №151 (55,81%)

– Сергей Рожков — Батайский округ №152 (57,08%)

– Сергей Медведев — Новочеркасский округ №153 (60,32%)

– Артём Величко — Неклиновский округ №154 (55,79%)

– Аслан Хуаде — Белокалитвинский округ №155 (56,62%)

– Екатерина Стенякина — Усть-Донецкий округ №156 (55,56%)

Разброс составил меньше пяти процентов. Это впечатляющая стабильность. В 2021-м разброс был куда шире: от 35,3% до 55%. Тогда некоторые одномандатники едва перешагнули треть голосов. Теперь картина выровнялась — как будто избиратель сказал: «Мы знаем, за кого голосуем, и не сомневаемся».

КПРФ: главная оппозиция теряет позиции

Коммунисты на Дону остались второй силой, но их результат — 15,34 процента по партийным спискам (что почти на два процента выше чем по стране в целом) — уже не тот, что в 2021-м, он упал почти на пять процентов. Тенденция очевидна: старый электорат уходит, а новый не приходит.

Политтехнологи объясняют это просто. Дмитрий Абросимов отмечает: КПРФ сделала ставку на «проверенные кадры» — секретарей обкомов, действующих депутатов, партийных функционеров. Почти 82 процентафедерального списка — люди, которые в партии «десятилетиями». Молодые лица? Почти нет. Новые идеи? Те же лозунги, что и двадцать лет назад.

«У КПРФ в регионе давно сложился свой электорат, который голосует не за новые лица, а за узнаваемую партийную линию», — констатирует Абросимов. Но эта линия читается всё хуже. Для избирателя 25–40 лет, который не застал СССР даже краем глаза, разговоры о «Программе Победы» и «предательских 1990-х» звучат как шум. Партия не научилась говорить с этим поколением — и результат не заставил себя ждать.

ЛДПР и «Новые люди»: кто откусил от пирога

Пока КПРФ теряла, ЛДПР и «Новые люди» тихо укреплялись. По стране ЛДПР получила 8,97 процента (23 мандата), «Новые люди» — 7,96 процента (19 мандатов). Это выше, чем в 2021-м, когда у ЛДПР было 7,55 процента, а у «Новых людей» — 5,32 процента.

На Дону ЛДПР работала с молодёжью особенно активно — это отмечают и политологи, и наблюдатели. «У них самое большое воздействие на активную молодёжь. Ценнейший ресурс», — отмечает политический аналитик Бронислав Берковский. «Новые люди» сделали ставку на предпринимателей и молодых специалистов, позиционируя себя как «лабораторию нестандартных подходов».

Минус обеих партий — та же болезнь, что и у КПРФ, только с другим симптомом: лозунги житейские, но не политические. Экономика, ЖКХ, налоги — всё это понятно и близко избирателю. Но без большой политической идеи сложно претендовать на большее, чем третье-четвёртое место.

«Справедливая Россия»: борьба за выживание

Эсеры на Дону не показали выдающегося результата. По стране партия набрала 5,13процента — впритык к проходному барьеру. На Дону ситуация была ещё хуже, чем по стране: 3,39 процента. «Справедливая Россия» стояла на шестом месте в бюллетене, и ирония в том, что именно под шестым номером партия шла на выборы 2021 года, когда тоже едва прошла.

Программа у эсеров громкая: отмена ЕГЭ, прогрессивный НДФЛ, 13-я пенсия, возврат прежнего пенсионного возраста. Но избиратель, похоже, не верит, что хоть что-то из этого будет реализовано. «Позиция партии достаточно понятна», — говорит политолог Виталий Третьяков. — Но 17 мест — это слабо». Для сравнения: в VIII созыве (2021) у эсеров было 27 мандатов, это потеря 10 мест, или 37 процентов фракции.

Прогнозы и перспективы

Первое. «Единая Россия» получила 349 мандатов — конституционное большинство и исторический рекорд. Это значит, что партия может принимать законы без оглядки на оппозицию, может даже инициировать поправки в Конституцию, но не может менять Конституцию в одиночку — для этого нужны Совет Федерации и регионы. Так что «сверхстабильность» не означает «вседозволенность».

Второе. Партийная система стабилизировалась, но не обновилась. В Думу прошли те же пять партий плюс «Родина» с одним мандатом. Председатель партии Алексей Журавлев победил по одномандатному округу. А вот по партийному списку «Родина» набрала лишь 0,71 процента и барьер не преодолела. Никаких сюрпризов, никаких новых игроков. Это одновременно и признак зрелости системы, и симптом её закрытости.

Третье. Молодёжь — главная интрига следующих выборов. Пока КПРФ и эсеры теряют электорат, ЛДПР и «Новые люди» пытаются его подобрать. Получится ли у них удержать эту аудиторию через пять лет — большой вопрос. Эксперты АПЭК еще в апреле 2026 годв предупреждали: «Оппозиция сталкивается со структурными вызовами — конкуренция дробит протестный электорат, кадровое обновление буксует, разрыв между повесткой и ожиданиями избирателей сохраняется».

Четвёртое. ДЭГ становится нормой. Более 272 тысяч заявлений на дистанционное голосование — это почти 9 процентов избирателей области. Теперь это привычный инструмент. И это меняет всё — от логистики до явки.

Пятое. КПРФ придётся выбирать: меняться или стареть вместе с электоратом. Хотя партия и сохранила статус главной оппозиционной силы — 37 мандатов, но это на 20 мандатов меньше, чем в предыдущем созыве. И если через пять лет её ядро (люди старшего поколения) станет ещё меньше, а молодёжь так и не придёт, КПРФ рискует потерять второе место. ЛДПР и «Новые люди» уже дышат в затылок. Особенно впечатляет – по числу депутатских мест – прогресс «Новых людей». Если у ЛДПР по сравнению с предыдущим созывом добавилось 2 кресла (23 в 2026 году и 21 в 2021-м), то «Новые люди» подросли практически наполовину – 13 депутатов в дебютном 2021 году и уже 19 в нынешнем.

Вместо послесловия

Выборы-2026 на Дону запомнятся двумя вещами: аномально высокой явкой и отсутствием сюрпризов. «Единая Россия» победила с рекордным результатом, КПРФ сохранила второе место, но потеряла в весе, а молодые партии тихо наращивают мышцы. Главный вопрос теперь не в том, кто победил. Он в том, кто придёт на следующие выборы. Если КПРФ и эсеры не найдут язык для 25–40-летних, их место займут другие. Если «Новые люди» и ЛДПР смогут превратить житейские лозунги в политическую программу — расклад может измениться. А пока — 349 мандатов «Единой России», 67 процентов явки на Дону и пять лет на размышления.

Лариса Фоменко